?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Сравнение рисков ГМО с рисками современного интенсивного с/х
Охрана природы
naturschutz
Обратите внимание: первые, кроме двух, сугубо потенциальны, вторые же - существуют давно и прочно, и очень сильны, представляют собой не возможную угрозу, а актуальную опасность нашему здоровью, устойчивости экосистем, биоразнообразию и прочим хорошим вещам
Опасности, которых страшатся в связи с ГМО. Однотипные проблемы, существующие уже давно.
Неконтролируемое замещение обычных продуктов продуктами с ГМО, тотально подозреваемые во вреде для здоровья[1]. Отсутствие информации о составе продукта. Опасность неконтролируемого развития аллергических реакций, нарушения религиозных запретов. Неконтролируемое замещение обычных продуктов суррогатными (растительные жиры в молоке, соя вместо мяса). Отсутствие информации о составе продукта. Опасность неконтролируемого развития аллергических реакций, нарушения религиозных запретов. Обычные продукты (или корма для скота) часто содержат вредные для здоровья, аллергенные и пр. компоненты, трансгенный метод мог бы решить эту проблему[2]
Контрпродуктивность нынешней ситуации в том, что вместо трезвой оценки риска последнюю занимают страшилки про вред ГМО, раз за разом оказывающиеся ложными. .
«Неестественная» биохимия и физиология ГМО, ориентированных лишь на продуктивность и/или скороспелость. Потенциальная неустойчивость к вредителям и конкурентам[3]. Ориентация с/х на интенсивный путь развития, обязательность «больших доз» определённых удобрений, стимуляторов и ядохимикатов[4]. Общая ориентация селекционеров на максимальную продуктивность/скороспелость, быстрый искусственный отбор при нехватке времени на отбор стабилизирующий (в том числе на устойчивость к сорнякам и вредителям). Ориентация с/х на интенсивный путь развития, обязательность больших доз определённых удобрений, стимуляторов[5] и ядохимикатов[6]. Поэтому практически все "современные" продукты требуют особой предосторожности при употреблении.
Принудительное вытеснение традиционных местных сортов ГМ-сортами за счёт терминаторных[7] или иных технологий. Утрата генетического разнообразия, повсеместное присутствие определённых генетических маркеров, потенциальная неустойчивость к болезням и диверсиям. Диктат монополий на рынке семенного материала, потеря уникальных местных сортов как вековая тенденция[8]. Утрата генетического разнообразия, повсеместное присутствие определённых генетических маркеров, потенциальная неустойчивость к болезням и диверсиям (эпифитотия гельминтоспороза, поразившая кукурузу с Т-цитотипом).
Опасности неконтролируемой рекомбинации ГМО, нарушение природной изменчивости (особенно микроорганизмов[9]). В том числе использование ГМО, выращиваемых с определённым гербицидом, ведёт к переносу генов устойчивости на дикие виды[10]. Риск появления «суперсорняков», «собравших себе» все гены устойчивости от разных ГМ-сортов и поэтому неуязвимых как для гербицидов, так и для вредителей с/х. Опыление ГМ-пыльцой местных сортов с потерей их свойств. Выход трансгенных сортов в природу (и отдельных генов из них – через гибридизацию с близкими родственниками) крайне затруднён в силу самих особенностей их создания. Устойчивость разных видов сорняков к гербицидам появилась до ГМ-сортов, и может развиваться без них, по накатанному сценарию появления устойчивых к пестицидам рас у разных видов вредителей с/х под действием отбора.
"Побег" генов устойчивости из ГМ растений куда менее опасен, чем массовый отбор устойчивых бактерий на птицефермах, в больницах и других местах, где ударными дозами применяются антибиотики, однако риски последнего практически не обсуждаются[11]. Плюс сорта обычной селекции «передают» гены устойчивости к гербицидам диким родичам не хуже трангенных.
При переопылении равновозможна обратная передача генов, от местных сортов к трансгенным, с уменьшением доли ГМ-растений в следующих поколениях[12].
Распространение ГМО как воздействие, последствия которого невозможно будет адекватно оценить (ввиду повсеместного проникновения и отсутствия должного контроля)[13], и следующий отсюда принцип предосторожности. Таких воздействий за прошлый век было уже слишком много (телевидение, синтетические материалы, разнообразные продукты «большой химии», световое загрязнение – возможный источник акселерации). Невозможность адекватно оценить их последствия.
Внедрение ГМО и, шире, использование ДНК-технологий крупными корпорациями, вроде Monsanto, крайне негативно в социальном плане - увеличивает зависимость от них крестьян, ведёт к росту разоряемости хозяйств, самоубийствам производителей и пр. Социальные последствия использования крестьянами ГМО если и отличаются от обычных последствий зависимости от с/х корпораций, то в лучшую сторону[14]. Борьба с ГМО политиков первого мира не даёт развивающимся странам внедрять сорта,эффективно решающие проблему голода именно применительно к местным условиям.
Усложнение допуска ГМ-сортов на рынок даёт преимущество именно крупным корпорациям; очень может быть, что «Монсанта» разыгрывает ГМОфобов втёмную. ГМО-истерия также препятствует совершенствованию сортов, как и копирайт
«Органическое сельское хозяйство» (organic farming) —тоже индустрия со своими лоббистами, рекламой и прибылями. Если по соотношению продуктивность/риски ГМ-технологии лучше конвенциональной селекции или сравнимы с ней, органическое земледелие хуже. Продуктивность ниже, а риски выше[15].
ГМ-лобби замалчивает научные данные об опасности ГМ-продуктов для здлровья людей, полученные «честными учёными» - А.Пуштаи, И.Ермаковой, Сералини и др.
Вариант: ГМ-лобби замалчивает вред пыльцы ГМ-сортов, или других частей растений, для редких и исчезающих видов насекомых, вроде бабочки-монарха.
В основе страшилок, «потребительских» и «природоохранных», почему-то всегла лежат научно некачественные работы (1-2-3-5-6-7-8) либо просто слухи, запущенные или из страха, или из благих намерений, которые антоним к слову «добро» (1-2-3-4)[16]. А дальше запущенное живёт по законам мифа – истории сливаются, мультиплицируются, обрастают угрожающими подробностями и пр. См. эволюцию мифа о ГМО-сое с геном бразильского ореха. Вообще, противники ГМО, предпочитают отстаивать свою точку зрения не исследованиями, а в судах и в прессе.
Для продвижения своей отрасли «органикам» нужны постоянные кампании в прессе. Другая сторона в них не нуждается – для трезвой оценки рисков достаточно собственно научных данных и обычных ресурсов популяризации науки, научного просвещения. Противники ГМО, наоборот, ополчаются на эти ресурсы и требуют запретить.








[1] человека с аллергией на сою вряд ли утешит то, что в соя в мясном фарше была "естественной", а не генноинженерной. Напротив, при получении ГМО разработчики осторожней относятся к возможной аллергии у части потребителей, почему разработка сои с внедрённым белком бразильского ореха была приостановлена самими исполнителями проекта. Или генномодифицированная кукуруза в пищевом отношении лучше обычной из-за того, что меньше повреждается при хранении, и меньше загрязнена микотоксинами.
[2]Между тем представления о безопасности «естественных продуктов питания» неверны. Лектины бобовых, гликоалкалоиды картофеля, глюкозиды маниока могут быть достаточно опасны даже для здорового человека, и даже белки пшеницы могут вызвать у предрасположенных к этому детей глютеновую целиакию. Традиции обработки и приготовления пищи, которые помогали снизить опасность, теряются. Доля людей, страдающих различными аллергиями, стремительно растёт. В этой ситуации использование генноинженерных методов для того, чтобы сделать пищу безопаснее и полноценнее, выглядит довольно логично. Методы обычной селекции тут не панацея. Селекция "вслепую" приводила и к получению сортов картофеля с высоким содержанием гликоалкалоидов, и к получению сельдерея с высоким содержанием псоралена. Содержание соланина и хаконина в сырой картошке вообще может повышаться по самым разным причинами. Достаточно очевидно, что даже если такая модифицированная пища будет полезной для большинства населения, то для кого-то она может оказаться вредной. Однако точно такие же проблемы возникают, когда предлагается обогащать пищу соединениями иода или железа, к генной инженериии отношения явно не имеющими. Вдобавок ко всему производство продуктов питания интернационализуется, современного москвича уже не убедишь отказаться от бананов и т.д.
[3] генная инженерия почти всегда лишь модифицирует естественные векторы, обнаруженные в природе (бактериальные и дрожжевые плазмиды, Ti-плазмиды агробактерий, Р-элемент дрозофилид и т.д.), причём модифицирует в сторону более контролируемого и ограниченного перемещения. Внедрение генноинженерных конструкций в геном и их влияние становится всё более контролируемым. «Недозревающие» помидоры получены методом классической селекции, затронувшем, в данном случае, один ген, и лишь применение к помидору, вызревающему равномерно, но не до конца методов ГМ помогает улучшить и его вкусовые качества. В «растения-пестициды», токсичные для конкретных специализированных фитофагов (картошка – для колорадского жука, кукуруза – для кукурузного мотылька, хлопок – для хлопковой совки), внедрён ген Вt-токсина из почвенной бактерии Bacillus thuringiensis. Эта бактерия была открыта в самом начале ХХ века и уже около 50 лет используется для производства биоинсектицидов, специфичных к конкретным видам насекомых-вредителей.
Появилось больше возможностей контролировать и место внедрения конструкции в геном. Всё это следствие внутреннего самоконтроля учёных и потребности обеспечить преимущество ДНК-технологий в сравнении с конвенциональной селекцией, но не вследствие страхов и протестов «общественности».
[4] В выращивании устойчивых к гербицидам ГМО есть ещё одна скрытая опасность. «…применяемый в сельском хозяйстве гербицид — это не химически чистое вещество, а некоторая техническая смесь. В неё могут добавлять детергенты (для улучшения смачивания листьев), органические растворители, промышленные колоранты и другие вещества. Если содержание гербицида в конечном продукте строго контролируют, то за содержанием вспомогательных веществ, как правило, следят плохо. Если содержание гербицида будет сведено к минимуму, то о содержании вспомогательных веществ остаётся только догадываться. Эти вещества могут попадать также в растительное масло, крахмал и другие продукты. В будущем предстоит разрабатывать нормативы на содержание этих «неожиданных» примесей в конечных продуктах». Владимир Чуб. Растения-ГМО. Практическое применение
[5]См. Анна Марголина. Высокая цена дешёвого мяса. Другой пример – в США «85% крупного рогатого скота на откорме пичкают препаратом Зилмакс – ранее им лечили людей-астматиков. В результате говядина приобретает «плотность», в ней снижается процент жира. Скандал в Америке усилился, когда выяснилось, что учёные, дававшие положительную реакцию на откорм Зилмаксом, находились на содержании мясных корпораций. Причём люди несведущие амальгамируют реальные опасности интенсивных с/х технологий с потенциальными рисками ГМО, чем дважды дезориентируют себя и других. Особенно если в той или иной степени склонны к правым версиям теории заговора (заговор «финансовой олигархии» или «мирового правительства» против России, Германии, США и т.д. конкретной страны).
[Левые версии теории заговора – транснациональные корпорации используют ГМО, чтобы «разорить крестьян» или «поставить в зависимость страны третьего мира», хотя для этого привычней и эффективней использовать всё входящее в понятие «империализм», от МВФ и «демократической оппозиции» до ковровых бомбардировок и развязывания гражданской войны. Да и выморить бедняков (третьего мира и не только) голодом, если вдруг глобальный капитализм выберет этот способ реакции на последствия завершения демографического перехода в развивающихся странах, проще обычными рыночными методами. Скажем, через формирование цен на продовольствие, не зависящее от урожаев и не связанное с потребностью всех людей в пище, но лишь с платёжеспособным спросом. В силу последнего мощности мирового производства продуктов питания непропорционально больше обслуживают потребности богатых стран и «потребительского класса» во всём мире (причём половина таких продуктов выбрасывается), чем нужды бедной и голодающей части последнего. Всякому овощу – своё место –
naturschutz].
[6]ГМ-сорта для естественных экосистем и составляющих их видов полезны тем, что их использование снижает нагрузку пестицидов и удобрений, и именно вокруг полей технических культур, вроде хлопка, с наибольшей интенсивностью химобработки. Или сои с кукурузой, где она тоже весьма велика. См.1-2-3. Точно также использование трансгенных насекомых в программах биоконтроля видов-переносчиков очаговых трансмиссивных заболеваний для природных биомов многажды безопасней, чем использование пестицидов, особенно 1-го поколения, запрещённых в развитых странах с 1972 г., но всё ещё используемых в "третьем мире" (ДДТ, ГХЦГ, диэльдрин).
[8] Так, с развитием промышленного птицеводства сперва в развитых странах, а затем в «третьем мире» местные породы кур вытеснялись более продуктивными промышленными кроссами. Создание новых пород с этого момента резко сокращается, некоторые существующие приходят в упадок, и многие из них исчезают.  По данным ФАО, из 734 пород кур, зарегистрированных во Всемирном банке данных, считаются утраченными 32 (4,36%) и в разной степени риска исчезновения находятся 366 пород (~50%). По критериям ФАО, ко вторым относятся породы, насчитывающие <1000 самок и <20 самцов, из них находящимися в критическом состоянии считаются те, где скрещиваются <100 самок и <5 самцов. Ю.П.Алтухов (ред.). Динамика популяционных генофондов при антропогенных воздействиях. М.: Наука, 2004. С.233, 240.
[9] Обнаружить реальную специфическую (а не связанную с общими неблагоприятными тенденциями развития) опасность ГМО в сложившейся ситуации можно лишь в том случае, если заранее знать, куда смотреть. И именно в последнее время генетика даёт тут богатую пищу для размышлений. Сравнение множества отсеквенированных бактериальных геномов стремительно улучшает наше понимание функций разных бактериальных генов; то же самое верно для эукариот. Сейчас уже нельзя сказать, что генетики действуют "вслепую", без понимания цепей метаболизма организмов, которых модифицируют. Кроме того, это сравнение уже принесло твёрдую уверенность в том, что на протяжении истории прокариот (и не только) многажды происходил генетический перенос, иногда между весьма отдалённой роднёй, генов с самыми разнообразными функциями. И такой перенос вовсе не сделал кишечную палочку азотобактером и не привёл к всеобщей гибели. Не говоря уже о генах устойчивости к антибиотикам, переносимых повсеместно.
Всё большее количество естественных перестроек эукариотных геномов, происходивших в разное время, тоже связывают с их мобильными генетическими элементами. на протяжении истории прокариот многократно происходил генетический перенос, иногда между весьма отдалённой роднёй, генов с самыми разнообразными функциями.
[10] Хорошим решением проблемы бесконтрольного распространения ГМО могла бы стать как раз сознательное выведение организмов с ограниченной способностью выживать в дикой природе, ограниченной плодовитостью и способностью скрещиваться.
[11] или загрязнения водопроводной воды лекарствами, включая антибиотики, антидепрессанты, противозачаточные средства и пр., хотя их физиологические эффекты показаны и, мягко говоря, малополезны. Или эстрогенные влияния окружающей среды, связанные и с фармакологией, и с интенсивным с/х.
[12] Так пропадал признак устойчивости к вредителям у Bt-хлопчатника в Австралии. См. Владимир Чуб. Растения-ГМО: практическое применение. О неконтролируемом отборе в искусственно разводимых популяциях растений, животных и микроорганизмов см.обзор В.А.Артамоновой и А.А.Махрова (2006). Неконтролируемые  генетические процессы в искусственно поддерживаемых популяциях: доказательство ведущей роли отбора в  эволюции (особенно таблицу к статье).
[13] Среда нашего обитания становится всё менее естественной, и для того, чтобы приблизиться к утраченному оптимуму, надо искать специальные, неестественные, способы. Так, верным шагом представляется создание съедобных вакцин. Большинство обычных методов вакцинации отнюдь не физиологичны и часто травмируют детей психически, между тем в племенах с первобытным образом жизни дети приобретают весьма напряжённый иммунитет именно за счёт того, что тянут в рот что попало. ГМ-вакцина, содержащая определённые антигены (по возможности – наименее изменчивые) лучше смеси из множества разных молекул патогена, действие которой менее предсказуемо.
[14] Самые социально-значимые ГМ-продукты, как «золотой рис», «конструируются переплетением частного и общественного капитала (материального и интеллектуального)». Но иррациональный страх перед ГМО заставляет крестьян третьего мира это уничтожать (когда страхи преодолены, ГМ-сорта предпочитают именно бедные крестьяне). Западные же фермеры часто предпочитают ГМ-сорта – но не хотят оплачивать работу по соответствующему улучшению создателям, с выгодой для себя эксплуатируя ГМОфобию публики.
[15] Из-за «неуничтоженных паразитов или допотопных химикалий — многое из современного, имеющее «точечное» действие, для них запрещено, тогда как некоторые яды, плохо выводящиеся и накапливающиеся, зато используемые еще в позапрошлом веке и раньше — вполне используются. "Органическое земледелие" также источник инфекций, опасных для здоровья, что подтвердила эпидемия «атипичной диареи». Единственный плюс, потенциально возможный в производстве «organic food» - снижение пестицидной нагрузки и содержания «ядовитой приправы» в пищей за счёт грамотного использования всей совокупности биологических методов борьбы с вредителями, включая мозаичное планирование с/х ландшафта, с разделением пятнами естественных экосистем, где воспроизводятся энтомофаги с опылителями и пр. Но этим должны заниматься грамотные биологи – а где их взять столько?
[16] Из самого нашумевшего: работа Сералини, пустившая волну страшилок в СМИ и в Сети, считалась сомнительной с самого начала и сейчас уже точно показано, что некачественна. Проверка воздействия пыльцы ГМ-сортов кукурузы, устойчивых к кукурузному мотыльку, на бабочку-монарха, показала не только отсутствие вреда, но и сугубую пользу. Для этого вида крайне опасен прменяемый на «обычной» кукурузе пестицид широкого действия цихалотрин λ, а генная модификация позволяет его не использовать. См.про «энтомологические войны».